Что такое Голгофа? Значение и толкование слова golgofa, определение термина

После криков толпы и издевательских возгласов фарисеев и книжников на Голгофе наступила глубокая тишина. Всмотримся в лицо Божественного Страдальца: оно так бледно, печать жестоких страданий на нем, но на нем и отпечаток прежней кротости. А на землю капля за каплей падает Его кровь…

Какие мысли рождаются у нас, стоящих у креста Голгофы?

Вспоминается жизнь Христа. Это была жизнь, полная любви к людям. Как могла такая жизнь закончиться так позорно на Голгофском кресте? И как были жестоки люди, которые могли так поступить с Христом, со своим великим Благодетелем?

На землю упала еще одна капля крови Христа. Мы смотрим на нее и вдруг как бы видим самих себя в ней, как в зеркале. И в нашем сердце появляется сознание: это мы, мы распяли Христа! Это наши грехи пригвоздили Его к кресту! Мы начинаем бить себя в грудь, мы не поем, а кричим: 

О, я грешник бедный, Правда, я таков! 

Если б Бог бессмертный 

Не был полн даров, 

Не был полн любовью 

И не спас меня, 

То давно погиб бы 

В мире этом я. 

А что скажет Христос, висящий на кресте? Какие слова справедливого осуждения услышим мы из Его Божественных уст, когда Он, наконец, нарушит Свое молчание? Мы, бия себя в грудь, готовы на все, на любой Его приговор. 

И Он заговорил среди глубокой тишины: “Отче…”

Что скажет Он дальше? “Накажи их за преступления”? Совесть наша ожидала только таких слов, и мы заслужили их. Но что же мы слышим? – “Отче, прости им!”

О, любовь Христа, неугасимая ничем! Любовь до конца!

Эти слова, слова прощения, навеки выгравированы на кресте Голгофы. Христа на кресте уже нет, Его сняли друзья и ученики и погребли в саду Иосифа Аримафейского. В третий день Он воскрес и вознесся на небо, а на кресте сияют и сегодня еще эти дорогие для всех грешников слова прощения: “Отче, прости им!” У подножия креста Голгофы мы поняли великую истину: без креста нет прощения! Без жертвы и крови Христа нет помилования! 

Голгофа – место невыразимых страданий. Страдания Христа нельзя выразить словами, потому что их никто из людей не пережил. Его страдания – это муки ада. Чтобы избавить человечество от мучений ада, Христос перенес муки ада вместо нас. В этом смысл голгофских страданий Христа. 

Первым, кого тронули страдания Христа на Голгофе, был разбойник. С глубоким вниманием он следил за великим Страдальцем. Лицо Христа отражало глубочайшие страдания души, но в очах Его светилась неземная любовь. На Его лице был отражен глубочайший сердечный мир, ни малейшего гнева не было на этом лице, ни малейшей ненависти. И, наконец, среди глубокой тишины раздается молитва Христа: “Отче! Прости им, ибо не ведают, что творят”

Что происходит в душе разбойника? Вероятно, он – сын Израиля, дитя верующих иудеев. Возможно, что от отца и матери он много слышал о Мессии, а в Иерусалимском храме или в синагоге своего родного города он не раз слышал слова 53 главы книги пророка Исаии. “Это Он – агнец, который так безгласен перед стригущим”, – думает он в своем сердце, – “Это Он, о Котором Исаия говорил, что не будет отверзать уст Своих. Это Мессия!”

Он говорит другому разбойнику: “Мы достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал”. И после этого он обращается к Христу с молитвой: “Помяни меня, Господи, когда придешь в Царствие Твое!” – “Ныне же будешь со Мною в раю”, – сказал ему Христос. Блудный сын принят в отчий дом!

Пойдемте мысленно в Едемский сад, названный в Библии раем. У врат его продолжает стоять херувим с пламенным мечом и охранять путь к дереву жизни. Но вот к нему подходят двое: один из них Христос, только что умерший на Голгофе, со следами от страданий на Своем лице. Он обращается к херувиму и говорит ему: “Не преграждай больше пути к раю и дереву жизни! Я искупил вину грешников и возвратил им потерянный рай”. Херувим смотрит пристально на второго. “Господи, а он кто?” – “Это разбойник, умерший со Мною на Голгофе. Он первый войдет со Мною в возвращенный грешникам рай. Это первый грешник, очищенный Моей кровью”. Не для ободрения ли всех грешников первым в рай вошел разбойник?

Голгофу объяла глубокая тьма и сокрыла лик Христа, искаженный скорбью. Но не говорит ли тьма на Голгофе о глубокой тайне страданий? Почему столько слез? Почему столько колючих терний на жизненном пути, а в конце пути смерть? Никто не понял полностью значения страданий, почему было то или другое в его жизни. И значение страданий Христа мы не вполне понимаем. Мы знаем, что страданиями и смертью Его мы спасены, но почему нужно было, например, бичевание Его у Пилата или издевательства толпы на Голгофе – это для нас тайна. 

Самая мучительная скорбь – это чувствовать, что ты покинут Богом. Эту скорбь пережил Христос на кресте. “Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?” – вырвалось из Его сердца. Но именно в этой тьме Он стал пшеничным зерном, упавшим в землю, как Он однажды Сам сказал о Себе (Иоан. 12:24). Зерно, упавшее в землю, дает жизнь другим зернам, приносит много плода. Смерть Христа дала жизнь миллионам искупленных. Наши страдания и наши темные ночи имеют свое значение в нашей жизни. Они производят в нас, в нашем характере драгоценные плоды: они очищают нас, сближают с Богом и преображают нас в образ Христа. 

“Жажду!” – это слово также вышло из уст висящего на кресте Христа. Одно только слово, но так много говорящее нашему сердцу. Все раненые испытывают мучительную жажду, а Христос имел четыре большие раны… Он потерял много крови, поэтому Его начала мучить страшная жажда. Но на Голгофе не оказалось воды. И воины, услышав слово “жажду” из уст Христа, наполнили губку уксусом и поднесли ее к устам Иисуса.

Но словом “жажду” Христос, безусловно, хотел выразить другую жажду, томившую Его. Дело нашего искупления близилось к концу. Скоро на Голгофе раздастся торжествующее: “Совершилось!” – то есть совершилось спасение всех грешников. Что же Он жаждет после совершения нашего спасения? Он жаждет нашей любви, Он жаждет наших сердец, исполненных священным пламенем любви к Нему и самой горячей благодарностью за совершенное Им спасение. Кто из нас утоляет жажду нашего Спасителя своей горячей любовью и преданностью Ему?

Писание говорит, что на Голгофе открылся источник для исцеления человечества: “В тот день откроется источник дому Давидову и жителям Иерусалима для омытия греха и нечистоты” (3ах.13:1); “Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши… и ранами Его мы исцелились” (Ис.53:5). И именно раны Христа являются великой целительной силой. На земле много источников для врачевания телесных недугов, но только один Источник для врачевания души, для избавления от ада. 

Никак не думали наносившие Христу раны, телесные и душевные, что, нанося эти раны, они открывают всему человечеству драгоценный источник для исцеления. Этого в их планах не было. Но это было в планах Божиих! И притом в вековечных планах Божиих, так как Писание называет Христа “Агнцем, закланным от создания мира” (Откр.13:8), а также что, Он был предназначен к закланию еще “прежде создания мира” (1 Петр. 1:19-­20).

Очи Небесного Отца видели Своего возлюбленного Сына окровавленным, пригвожденным ко кресту, с терновым венцом на лице и в ранах задолго до создания мира. Созерцая на Голгофе раны Христа и кровь Его, как лекарство от греха и вечной смерти, мы поем Псалом 102: “Благослови, душа моя, Господа!.. Он прощает все беззакония твои, исцеляет все недуги твои, избавляет от могилы (ада) жизнь твою!” 

image

Христианский писатель, экзегет, один из наиболее видных теологов российского евангельско-баптистского движения, пресвитер Петербургской церкви евангельских христиан, служитель тюремной миссии. Автор составленного в 1913 году «Краткого изложения вероучения евангельских христиан», которое в 1966 году стало официальным вероучением Всесоюзного совета евангельских христиан-баптистов.

Requiem

Голгофа (Calvary), 2014, Джон Майкл МакДона

Авторы [ПОСТКРИТИЦИЗМ] рассказывают о лучших фильмах 2014 года. Сергей Феофанов о “Голгофе”.

Ирландское захолустье, наши дни. Неизвестный мужчина приходит на исповедь к отцу Джеймсу и заявляет о намерении убить его через семь дней. Назначив время и место (следующее воскресенье, местный пляж) предполагаемого убийства, мужчина уходит, оставляя священника в глубокой задумчивости. Кое-как собравшись с мыслями, отец Джеймс продолжает безуспешные попытки помочь своей незадачливой пастве, но очень скоро оказывается, что спрос на тихое евангельское слово много ниже предложения — помочь удается только заезжей француженке, потерявшей мужа в автокатастрофе, да собственной дочери, которая приехала к отцу погостить. Отпущенное время утекает сквозь пальцы, дела героя идут все хуже с каждым днем, а потом наступает то самое роковое воскресенье, и оставивший надежду патер нетвердым шагом идет к пляжу, где его ждут пронзительная тишина, безразличное серое небо и чокнутый убийца с пистолетом за пазухой. И был вечер, и было утро: день седьмой.

image

“Голгофа”, рецензия

Сложно сказать, как это получилось, но факт остается фактом – Джон Майкл МакДонах, автор «Однажды в Ирландии» и старший брат несколько более известного Мартина МакДонаха, снял грандиозное кино, ловко выводящее экзистенциальную драму на уровень глобальных обобщений. Точный сценарий, живописная ирландская глухомань и очищенная от постановочных фокусов режиссура — выполненную в традиции французского религиозного кинематографа «Голгофу» невозможно упрекнуть даже во вторичности, МакДонах слишком самобытен для эпигонства, а в его фильме слишком много местной специфики и узнаваемого авторского почерка. Добавьте сюда превосходную работу Глисона и могучий второй план — в лучшем мире «Голгофу», несомненно, признали бы самым важным фильмом года. В нашей несовершенной вселенной ирландскому режиссеру достался лишь приз экуменического жюри Берлинского кинофестиваля, и это недобрый знак — прогнило что-то в Датском королевстве, и с этим, видимо, уже ничего не поделать.

Российские прокатчики зачем-то обозвали вторую полнометражную работу ирландского режиссера «очень черной комедией», и за это на том свете их, очевидно, ждут адские муки — тональность фильма не имеет с комедией ничего общего, а саркастические диалоги нужны только для того, чтобы хоть как-то приправить трагедию дивного нового мира, который не нуждается ни в новых пророках, ни в новых жертвах. Дикий рекламный слоган «Голгофы», впрочем, оказывается не столь уж далеким от истины – кино МакДонаха комедийно настолько же, насколько комедийна первая часть бессмертной поэмы Данте Алигьери. Разница только в том, что классик итальянской словесности описывал свои сумрачные галлюцинации, тогда как МакДонах видит ад в повседневности ирландской провинции. Кроме того, героями «Голгофы» становятся не Марк Юний Брут и Иуда Искариот, а заурядные обыватели: неверная жена и ее муж-рогоносец, язвительный врач с профессиональной деформацией личности, страдающий от бессмысленности своего существования толстосум.

Бог умер, побеждена даже его тень, сверхчеловек не родился (и уже, видимо, никогда не родится), а люди, эти убийцы из убийц, утешаются твиттером, демократией, уютом отдельных квартир и скромным обаянием постмодернизма.

Отец Джеймс пытается разбудить в этих несчастных маленьких людях хоть каплю добра и веры, но ничего не выходит; с тем же успехом он мог бы попробовать вскипятить бескрайний Атлантический океан с помощью газовой зажигалки. Неудивительно, ведь в мире «Голгофы» священники представляются окружающим склонными к педофилии мужчинами в сутанах, что вечно лезут ко всем с непрошеными советами. Не нужно только искать в фильме МакДонаха богословских коннотаций и проповедничества – фильм далек от прославления католической церкви и религии вообще. Речь даже не о смерти религиозных институтов – на дворе XXI век, церковь давненько уже спит с рыбами, этот факт не является открытием или хотя бы новостью. МакДонах говорит о смерти морали, этики и гуманистической идеи как таковой. О том, что мы живем в мертвом мире, где все недвижимо, и никакая мысль не прививается.

Эту мысль сложно назвать новаторской, но режиссер и не пытается сделать из своего творения философское откровение — он всего лишь ярко и убедительно иллюстрирует то, во что превратилась человеческая жизнь без святых костылей религиозных догм. Бог умер, побеждена даже его тень, сверхчеловек не родился (и уже, видимо, никогда не родится), а люди, эти убийцы из убийц, утешаются твиттером, демократией, уютом отдельных квартир и скромным обаянием постмодернизма. И то глубокое чувство, с которым МакДонах рассуждает об одной из важнейших проблем современности, делает из «Голгофы» без пяти минут великое кино – были фильмы богатые более, красивее были и умней, но фильмов с еще большей болью уж давно не доводилось видеть мне.

Отдельных похвал заслуживает то, что режиссер не впадает в крайности, избегает радикальных выводов и находит место для оптимизма даже в этой невеселой истории. Сравнивая своих героев с разбойниками из евангельской притчи, МакДонах призывает зрителей не отчаиваться — один из распятых вместе с Иисусом Христом злодеев, как известно, был спасен и стал одним из первых обитателей рая.

Ну а второй разбойник… Второй разбойник был проклят.

Драма последнего праведника на прогнившей в страстях, грехе и глупости земле обрамлена мрачными грубыми шутками, но оставляет светлый след в душе, благодаря невероятной игре Брендана Глисона и энергичной режиссуре МакДоны

Рецензии 7 film.ru Найти с кем пойти в кино Смотрите в за 1 руб Смотрите в за 1 руб —> —> О фильмеСоздателиРецензияПубликацииТрейлерыПостерыКадры Берлинский кинофестиваль отметил картину специальным призом экуменического (христианского) жюри

Режиссер Джон Майкл МакДона хоть и родился в Лондоне, по крови и в душе самый настоящий ирландец, просто энциклопедический. Ирландские корни особенно ярко проявились в его творчестве, обе режиссерские работы Джона – это не только настоящий путеводитель по улицам и берегам северного острова, но и коллекция образов и персонажей, характерных для страны, с одной стороны, вписавшейся в мировое сообщество, а с другой – хранящей специфику характеров, языка и даже взглядов на жизнь.

Кадр из фильма «Голгофа»

«Голгофу» принято называть «черной комедией», однако смешного в ней найдется совсем немного даже для тех, кто любит и ценит специфический умный британский юмор. Даже привычные в комедийных ролях актеры заняты здесь в непривычных для себя образах: ядовитый алкоголик Бернард из «Книжного магазина Блэка» (Дилан Моран) облачен здесь в изысканный костюм одинокого богача-филантропа, а всегда открытый и немного наивный Рой из «Компьютерщиков» (Крис О’Дауд) превратился в мясника из местной лавки, нелюдимого и не ладящего с супругой. Поэтому не стоит ожидать хохота в зале, юмор МакДоны скорее обращен не к поверхностному восприятию на уровне гэгов и сальных шуточек, юмор «Голгофы» – это мрачное чувство юмора самого Господа, который из всех детей своих наибольшие страдания ниспосылает самым верным своим сынам.

Кадр из фильма «Глогофа»

Брендан Глисон сыграл главные роли в обоих фильмах Джона Майкла МакДоны, и критики уже сравнивают этот дуэт с классическим партнерством Феллини и Мастрояни или Скорсезе и Де Ниро

Отец Джеймс в исполнении блистательного Брендана Глисона – это образцовый священник, таких часто любят показывать в кино. Переосмысливший свое мировоззрение после смерти жены, образованный и не по сану умный Джеймс, по сути, является единственным верующим в своем приходе. Даже его коллега по сутане относится к церкви скорее как к формальности, как к работе, чем сохраняет веру в душе, что уж говорить про прихожан – кто-то из них изредка бывает в церкви, но лишь с целью «замолить грешки», другие же и вовсе разочарованы в Боге. А отец Джеймс между тем несет крест ничуть не легче Христова – мало того что его угрожают убить, негодяи сжигают церковь, кто-то убивает его старого пса, от старых приятелей не дождешься ничего, кроме зубоскальства и насмешек. Особенно интересно при этом выглядят размышления Джеймса о природе божественности, о вере. Циник и человек образованный борются внутри священника со слепой верой, не на каждый вопрос о Боге он может ответить, но попытаться сохранить веру в себе, вдохнуть в собеседника еще способен. И Джеймс делает это на протяжении всех семи дней, что отпущены ему на земле.

Кадр из фильма «Голгофа»

Фильм, впрочем, совсем не религиозен, скорее наоборот, чрезвычайно приземлен благодаря фантастическому набору актеров. Любоваться Глисоном можно бесконечно, открывающая картину сцена в исповедальне просто великолепна – снятая на крупном плане без монтажных склеек, она демонстрирует такой диапазон актера, такой калейдоскоп эмоций на его лице, что только за это «Голгофу» можно пересматривать и пересматривать. Но священник Глисон – это только шпиль храма, в его основании не менее характерные, хоть и шаблонные временами обиженный жизнью автомеханик, поколачивающий любовницу, циничный доктор, находящий удовольствие в полосовании человечьего ливера, полоумный писатель, зациклившийся на смерти, маньяк будущий и маньяк реализовавшийся, коррумпированный испорченный инспектор – каждый сыгран так, что мог бы удостоиться отдельного фильма. Действительно непросто вести такое стадо к Богу даже столь сильному пастырю, как Джеймс.

Зато понять и даже принять в этом фильме можно каждого, и именно это делает фильм необычайно живым и близким – несмотря на то что Ирландия находится на краю земли даже по европейским меркам, Бог в какой-то мере присутствует и там. Нужно лишь захотеть разглядеть его присутствие. Ну а то, что праведникам достается больше других, – то не вина Бога, это наша вина. Слишком зацикленных на себе, черствых, злых, серых людей, не способных отдавать даже в тот момент, когда воскресный выход на северный пляж может оказаться последней прогулкой на этом свете.

Previous Entry | Next Entry

Смерть Христа — Голгофа

Взяла у

И последнее что объясняет название местности это то что в основании горы был размещен первое человеческое захоронение — Адама, а точнее его череп, кстати на который пролилась кровь Христа тем самым смыв первородный грех нашего прародителя… Известно что во времена Христа данное место где казнили преступников находилось вне стен Иерусалима в соответствии как с традицией евреев так и с правилами римлян оккупировавших тогдашний Израиль, очевидно около дороги (От Луки 23:26), в саду (От Иоанна 19:41) и неподалёку от могилы, где Иисус и был захоронен. В настоящее время, древняя Голгофа находится  в самом городе, так как древние стены города не только погребены под развалинами и мусором, но и перестали обозначать границы Иерусалима, захватывающего теперь значительно большее пространство, чем в древности. Сегодня Голгофа является частью Храма Гроба Господня или второе название Храм Воскресения Христова — величайшего храма для всех христиан традиционных конфессий. Срез Храма с очертаниями ранее существовавшего ландшафта.Поцелуй места установки креста  Место установки креста в окладеПобывать на виртуальной экскурсии по Храму Гроба ГосподняЛично для меня достаточно странен сам факт того что люди сделали святым то место где был казнен Христос одним из самых постыдных способов на тот момент. Лично для меня так же странно что сделали из этого «святого» места — толчея, безумное скопление народа ищущего Бога но находящего злобу, и негодование служителей церкви выстраивающих очередь на манер советских комсоргов, целование лона скальной породы куда был водружен крест как невообразимую святыню… Для меня все это более чем не приемлемо. Ах да, забыл описать то, что каждой конфессии там принадлежит (кому то официально а кому то нет ) кусочек 4-5 квадратного метра и плюс 3-4 часа в день. Вот и конкурируют православные с коптами, протестанты с католиками за место у места убийства Христа.

Profile

trustina

Latest Month

May 2010
S M T W T F S
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

View All Archives

Tags

View my Tags page

Categories

View my Categories page Powered by LiveJournal.com Designed by Akiko Kurono

Прямой путь к Богу

imageИ, неся крест Свой, Он вышел на место, называемое Лобное, по-еврейски Голгофа; там распяли Его и с Ним двух других, по ту и по другую сторону, а посреди Иисуса. (Иоан. 19:17-18)

Так описывает последний путь Творца нашего видимого мира апостол Павел. Современник Иисуса Христа, его достойный ученик, в своей книге точно описывает события тех далёких лет. Бога вели на распятие те, кого он сотворил для райской жизни на Земле. Ему, Творцу Вселенной, после жесточайшей экзекуции, хватило силы, чтобы подняться на голгофу. За городской Иерусалимской стеной на пустыре, где обычно казнили преступников, были приготовлены три столба. Средний был приготовлен для Бога, а два других для грешников. Господь умирал в ипостаси человека со смиренным достоинством, зная, что он так мучительно уходит из видимого мира за грехи людей, чтобы снова вернуться в сиянии Славы и Божественного величия. И это было так, поскольку так было.

Сегодня каждый в мире человек, даже не христианин, а верующий в другую религию, знает, что распятый на голгофе был Светочем мира, имя которому Иисус Христос.

С того трагического Дня прошло более двух тысяч лет. Но Голгофа в сердце каждого христианина, который крестился в Него и любит. Сам термин «Голгофа» переводится как «лобное место». То есть буквально «череп». На арамейской gûlgaltâ. По преданию, на горе, где был казнён Бог, собирали черепа людей. Этим местом было возвышение, скала. У него есть и другие названия. Например, по-гречески будет Кальва́рия. Но суть остаётся одна. Это место, где после долгих, ужасный мучений, Бог своей жертвой искупил первородный грех человека, дав взамен жизнь вечную.

Сегодня истинные верующие обязательно в своих домах, квартирах, на почётном месте помещают малые голгофы, которые изготавливают искусные мастера из благородного дерева или металла. Таким образом, гора голгофа становится центральным местом в жилищах христиан. Небольшие монументальные скульптуры, в центре которых находится распятый Бог, а по сторонам две страждущие женщины. Это мать Христа и Мария Магдалина.

Оцените статью
Рейтинг автора
5
Материал подготовил
Илья Коршунов
Наш эксперт
Написано статей
134
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий